Инфодамп



Библиотека «Фантаст»
Оригинал данного материала можно найти здесь.

Почему Пол Тэнкерсли принял вызов на дуэль?

Пол принял вызов, потому что он сделал ошибку: и потому что такова была его натура. Ошибкой было позволить спровоцировать себя, что привело к вызову его на дуэль "по причине". То факт, что он принял вызов (и дрался на дуэли) был, по моему мнению, неизбежным в свете его натуры, информации, которой он обладал в то время и последствий (личных, профессиональных и для Хонор), если бы он этого не сделал. В то время, когда он и Саммерваль встретились, он не имел представления о том (да и не мог знать), что Саммерваль имеет репутацию профессионального дуэлянта. Если на то пошло, очень немного людей (во всем Звездном королевстве Мантикора) знали об этом. Это было одной из составляющих такой высокой эффективности Саммерваля. Читатель знал это, потому что я - как писатель - хотел, чтобы вы это знали, поэтому я использовал Томаса Рамиреса и Ганни Бэбкок для объяснения этого факта другому персонажу в отсутствие Пола. Соответственно, все о чем знал Пол, было то, что незнакомец осознано - и успешно - побудил его нанести удар первым, путем грубого оскорбления женщины, которую он любил. (И, могу я добавить, используя оскорбления, которые особенно больно задели Пола, потому что он точно знал, как изначально сложно для Хонор было открыться ему).

Пол имел квалификацию черного пояса высокого ранга в особенно "жестком" виде боевого искусства. Саммерваль также был тренированным рукопашным бойцом, но Пол никак не мог знать об этом, когда набросился на него. Следовательно, Пол был - насколько он знал - виновен в такой же степени (как с практической стороны, так и глазах закона), как при нападении с использованием смертельного оружия.

Человек, на которого он набросился, как бы ни заслужил он это наказание, обоснованно вызвал его на дуэль. Запрашивая личное удовлетворение, он (по установлениям Звездного королевства Мантикоры) отказывался от любых других форм сатисфакции; таким образом, дуэль, если она принималась Полом, препятствовала в дальнейшем Саммервалю выдвигать обвинения по этому инциденту. Только этого факта было недостаточно для того, чтобы Пол принял вызов, но он также принимался в расчет. Также тот факт, что подстрекал ли его он или нет, Пол ударил первым, и, согласно его мнению (и большинства мантикорцев в то время), это означало, что Саммерваль имел право в ответ потребовать удовлетворения, особенно после того, как у него пошла кровь после ударов Пола. Опять таки, социальный отпечаток общества, в паре с собственной готовностью Пола принять такую перспективу будучи мантикорцем.

Кроме того, Пол хотел стрелять в Саммерваля на дуэли. Да он знал, что был спровоцирован. Да, к тому времени, когда Томас Рамирес выступал его секундантом, он ясно знал, что был вызван профессиональным дуэлянтом. Но в то время, когда он принимал вызов Саммерваля, он не знал о его репутации, и знал, что он больше всего на свете хотел бы сокрушить высокомерного, насмехающегося сукиного сына. На это также в некоторой степени рассчитывал Саммерваль и это сработало. (Не забывайте, что Саммерваль был профессионалом. Он тщательно изучил запланированную жертву, выбирая вначале как именно заставить его драться на дуэли и это дало результат.)

К тому времени, когда Пол узнал всю правду о репутации Саммервиля от Рамиреса, он уже согласился драться с ним на дуэли. Это сдвинуло все противостояние в другую плоскость. Если бы он сразу отказался от вызова Саммерваля, он был бы отторгнут большей частью мантикорского общества, что повлекло бы за собой большие последствия. Хотя его семья происходила из йоменов, она была также чрезвычайно богата, имела прямые связи через брак с домом Винтонов (помните, что он был кузеном Мишель Хенке, а также кузеном самой королевы) и позор, которым он покрыл бы таким образом семейное имя (и тех, кто с ним связаны) был бы, в глазах мантикорцев, значительным. Это не только бы имело серьезные социальные последствия для него лично, но также и для остальных членов семьи и, даже, в некоторой степени, затронуло бы их финансовые интересы. Политически, противники королевы могли использовать личные атаки на него в качестве косвенных нападок на само королевское семейство. "В конце концов, если одному из королевских кузенов не хватает смелости, чтобы дать удовлетворение человеку, которого он ужасно избил за несколько пьяных слов в баре, тогда, несомненно, учитывая присущую дому Винтонов известную вспыльчивость, вряд ли кто-либо может верить как в способность королевы думать ясно и бесстрастно во время текущего противостояния с Народной республикой, так и в ее способность признать, что она могла быть не права и предложить новому, просвещенному режиму Пьера возможность показать насколько он отличается от предыдущего, порочного режима Харриса". В профессиональном плане, последствия для его карьеры также могли быть значительны. Хорошо это или плохо, военные организации ищут офицеров, которые желают - не обязательно жаждут, но желают - сражаться и противостоять физическим столкновениям, что не ожидается и не требуется от гражданского лица. Тот факт, что Саммерваль имел репутацию наемного дуэлянта в определенных кругах, могло компенсировать это до некоторой степени, но Пол не знал, кем он был в то время, когда он принял вызов и, таким образом, потенциальные последствия, как социальные, так и профессиональные, рассчитывались без учета этой информации.

Как только вызов был сделан и принят, Пол столкнулся с другим набором рассуждений. Да, к тому времени он знал, что некоторые люди (подобно большей части корпуса морской пехоты) полагали, что Саммерваль является профессиональным дуэлянтом, но у него не было доказательств. (Если бы кто-либо - включая королевский корпус морской пехоты - имел бы такие доказательства, Саммерваль был бы в тюрьме и ни о каких дуэлях не было бы и речи). Он принял вызов. Отказ от него теперь, из-за репутации противника и информации о нем, был бы расценен как признак трусости, что имело бы еще более серьезные последствия, чем если бы он отказался с самого начала. Конечно, все ожидали, что он будет озабочен и большинство согласилось бы что вся ситуация в целом была подозрительной. Но отношение большинства мантикорцев было бы что Пол, в известной степени, "стелет себе соломку". Если бы он предполагал принимать вызовы только от "безопасных" людей и отклонять "опасные", тогда ему в первую очередь не следовало терять выдержку и бить Саммерваля. Даже оставляя в стороне все эти рассуждения, сам Пол был способен отступить не больше чем смогла бы Хонор. Саммерваль осознано создал ситуацию, при которой он мог убить Пола. В процессе этого он предоставил Полу возможность убить себя. И Пол был умным человеком. Он знал, исходя из тактики которую выбрал Саммерваль, что он (Пол) не был, вероятно, единственной целью Саммерваля. Он знал, как отреагирует Хонор, если Саммерваль столкнется с ней таким же образом. И Пол Тэнкерсли не был готов спасать свою жизнь, прячась за женщину, которую он любил.

Кроме того, Пол, в качестве вызываемой стороны, мог выбрать протокол и он выбрал тот, в котором они бы обменялись только одним выстрелом. Это был наилучший компромисс между необходимостью дуэли с Саммервалем, независимо от ее причины, и минимизацией шансов быть убитым. Он ясно понимал, что он был в большей опасности чем Саммерваль и к тому времени, когда они встретились друг с другом, он знал, что его шанс быть убитым был значительно выше, чем шанс остаться в живых. Но по всем вышеуказанным причинам он никогда даже не рассматривал возможность отказаться от дуэли.

Лично я полагаю, что принятие вызова было полностью в его духе. Я не видел необходимости описывать все вышесказанное (Я получил достаточно бед от "инфодампов"!), но это присутствовало в моих мыслях и я хотел бы надеяться, что в полной мере поработал над подноготной мантикорского общества для обоснования логики его действий. Прошу также заметить, в то время как я размышляю о доводах в пользу дуэльного кодекса, я никогда не закрывал глаза на возможности злоупотребления этой системой и тот факт, что Мантикора имеет ее, не означает, что я (или, в частности, Хонор) думаю что она является Хорошей Вещью.

Перевод с английского: Lesk